Честно говоря, я не очень-то представляла, куда идти и что делать. Но заснуть под нацыгу все равно не смогу, это точно. Подумав (без особого результата, но теперь, по крайней мере, я могла с чистой совестью утверждать, что очередной сомнительной авантюре предшествовал-таки мыслительный процесс), я неспешно пошла к лесу, очень надеясь, что нацыга заткнется раньше, чем я туда доберусь.

Выйдя за околицу села, я очутилась один на один с необъятным полем, через которое вилась узкая, но хорошо утоптанная тропинка. Вдалеке зазывно мигал огонек, без колебаний выбранный мной в качестве цели - за неимением прочих. На поверку он оказался костром, возле которого сидели пастухи дедок в косо напяленном, несмотря на лето, треухе и трое подпасков, парнишек лет по двенадцати. Неподалеку черными силуэтами маячили стреноженные кони, пощипывая траву и изредка шумно вздыхая.

- ...а в покоях у ней, - проникновенным, завывающим голосом вещал дедок, старательно тараща глаза и разводя перед лицом руками со скрюченными пальцами, - гроб дубовый стоит! Ей-ей, сам видел!

По лицу рассказчика зловеще плясали алые отблески костра, завороженные подпаски внимали ему с открытыми ртами.

- В полночь иду я мимо господского дома и вдруг слышу - скрипнул ставень... я глядь наверх... а она прям в гробу из окна вылетаить и давай над деревьями виться! Токо смех ведьминский сверху доносится, аж мороз по коже!

- Уха-ха-ха-ха! - охотно подыграла я, выступая из ночной тени и легонько оглаживая руками широкие плечи рассказчика.

Подпаски дружно завопили, дедок шарахнулся в сторону, чуть не свалившись в костер.

- Добрый вечер, - невозмутимо сказала я. - Не помешала?

- Н-н-нет, г-г-госпожа ведьма, - еле выдавил пастух, лязгая зубами. А я вот баечки ребятне рассказываю, ить самое дело - мальцов в ночном постращать, шоб веселей было...